Семечко

Печальная история.

1
Семечки всегда старались держаться вместе. Это у них привычка такая. Жизнь с пожарами да наводнениями, с морозами да ливнями хорошо показала: где растений много, там они не пропадают, и всегда со временем отродятся.
Но в каждой семье не без пытливого дитяти.
Уж как ни крепка семья Подсолнухов, как ни давно они завоевывают Старый свет, а всегда вместе. Да и то подумать, кому одна Семечка нужна? Ни лузгать ее, ни масла выбить.
А когда семечек много…. Это же совсем другое дело! Возьми сито семян, да истопи их в печи, да заверни в прочную серьмягу, да сдави клиньями, что получится? А все семечки от радости, что не зря росли да от птиц опасались, заплачут масляными слезами радости! И такое ароматное, вкусное масло потечет! Бери свежий, горячий хлеб, только из печи, присоли немного да в маслице-то и макай! Ясное дело, что и парное молочко тут с руки будет.
С другой стороны, жареные семечки – продукт ходовой не только сейчас, но и во все времена. Это верный способ показать приязнь – поделиться ими, например. Можно лузгать вместе, а тогда будет и время, и повод вдоволь посудачить. Как известно, именно в таком неформальном общении зачастую приходят гениальные идеи.
Да и птичек каких угостить…

2
Но однажды подсолнухово Семечко, наслушавшись на поле от залетных Сорок различных сплетен, решило отделиться и создать свою генеалогическую линию. Хоть и марочное оно было, да задумало свою Марку основать, набрать себе вассалов, да и стать повелителем.
И однажды по осени, во время перевозки урожая, Семечко подговорило группу соплеменников на решительный побег. Тщательно разработанный план учитывал психологию водителя (что ему будет лень закрывать кузов машины брезентом); состояние дорожного полотна (яма на яме сидит и ямой погоняет); систему оплаты труда (от тонно-километров). Все способствовало воплощению планов, в том числе легкий ветерок норд-остовых румбов. И на ямке около ветучастка, когда машину хорошенько тряхнуло, все сбежали.
Приземлились удачно.
Никто не попал под колеса, влаги было достаточно, и с проезжающих машин иногда ветром сбрасывало толику удобрений. Перспективы вырисовывались самые радужные.
На бумаге все было гладко. А в реальной жизни немного сложнее. Которые семечки на открытое место упали, тех быстренько воробьи да гуси приговорили. Те, что застряли в траве, стали лакомством синичек. Ну, а остальных коровы да кони не просто в землю втоптали, но и раздавили. Кое-кто и замерз зимой. И только организатор побега, Семечко, ловко устроилось. Попало в высокую, но не слишком густую траву. Проскользнуло по растениям до самой земли, да и угодило прямиком в небольшую ямку, в след, оставленный козой. Точно по сказке. Сверху листиком прикрылось, а тут и дождик пошел. Похлебало семечко водицы, да и спать устроилось на зиму.

3
Славно так перезимовало! Ни мороз трескучий не достиг, ни водой след козий не залило. Сверху снега сугроб намело – тепло было зимовать Семечку. Да сколько вьюгам не бушевать, сколько буранам не свирепствовать, но заканчивается Зима, приходит Весна. Сильнее греет солнышко, и снега потихоньку нагревает. А снег ведь горячим не бывает. Он от такой нежности да тепла сначала размякает, а потом и вовсе лужей растекается.
Стали постепенно сначала деревья от снега освобождаться, потом крыши домов, а потом и тропки, по которым люди ходили. Дороги-то все время были чистые от снега, следили за этим дорожные службы. Счищали снег вместе с кусками асфальта. А там и трава стала появляться. Вначале, из-под снега только прошлогодняя, серая да пожухлая виднелась, а потом и свежие, молодые зеленые листочки выглянули. Молодая крапивка большим спросом пользовалась. Ее и люди в супы да борщи собирали, и птица домашняя достойную оценку дала. Но крепка крапива, сколько ни клюй ее, сколько ни щипли, а корешки только тверже становятся, да активнее ростки растут. Вскоре крапивой уже большие участки покрылись.

4
Не осталось в стороне от праздника весны и Семечко. Сошел снег, намокла земля, потеплела, разбудила всех спящих жителей. Жуки ползать стали, первые бабочки вылезли из коконов и запорхали от цветка к цветку, червячки в земле развинтились из своих клубков и давай с новыми силами землю сверлить.
Проснулось и Семечко. Полежало, перевернулось с боку на бок, да все что-то не то, какое-то необычное томление духа будоражило. Вот словно распирает его что-то. День, другой, третий крепилось. А потом не выдержало, по всем швам треснуло, и показались из шелухи одна ручка и одна ножка. Ножка стала в землю ввинчиваться, и пошли из нее корешки в разные стороны, а ручка вверх задралась. Поздороваться, видно, захотела. Но пока маленькая, ростка не видать, стала молча кричать соседкам да соседям приветствия.

5
Шли дни. Корешки исправно качали из земли воду, иногда разбавляя ее найденными питательными веществами, Рука превратилась в крепенький зеленый опушенный стебель. На нем выросли широкие листья, и стали активно поглощать фотоны солнечного света. Даже не сортируя, какие фотоны корпускулярны все из себя, а какие волновой природы. Поглощали все подряд. Заодно связывая углерод из углекислого газа, и выбрасывая в атмосферу кислород. Чтобы его тут же сожгли проезжающие по дороге грузовики.
Через некоторое время бывшее Семечко, а сейчас вполне самостоятельное растение Подсолнух, не только значительно вытянулось, окрепло, но и серьезно повзрослело. Да так, что стало засматриваться по сторонам, и искать себе подружек. Тем более, что к сексу все было готово, вокруг регулярно кружились, гудели пчелки, и порхали, но не гудели, бабочки. Подсолнух пока только присматривался, но интерес к знакомству только повышался.

6
Но что-то явно шло не так.
Вместо одной большой, можно сказать, пацанской головы у Подсолнуха выросло несколько маленьких. А это не всегда достойная замена. Там, где нужна одна богатырская кувалда, не поможет сотня часовых молоточков.
Вокруг вились не только пчелки и бабочки в ожидании своего исторического часа, но и всякие противные, далеко не интеллигентные жуки, которые где ни попадя сверлили свои дырки и откладывали туда яички. Пройдя кучу превращений (что тут вам, гибрид цирка с колледжем??), появлялись мерзкие гусеницы и ели пока еще нежное тело Подсолнуха. Питание для растения доставлялось нерегулярно (это мягко говоря), даже воды – и то не всегда хватало. Спасали только длинные корни, которые брали воду с недоступных траве глубин. Естественных конкурентов, деревьев, рядом не было, но пустая вода слабо греет пустой желудок.
Проходящие мимо коровы и старались отщипнуть листик, но шершавость поверхности и не аппетитный запах пока уберегали от рогатого скота, крупного и мелкого. И только Провидение спасало от вытаптывания тяжелым коровьим копытом.

7
Короче говоря, жизнь не удалась.
Вроде никто и не тревожит, но ведь и не заботится.
Вроде и конкурентов на питание нет, да ведь и подкормить некому. Из напитков – только осадки. Никаких официантов с бурбоном или хотя бы с сельтерской жарким деньком. Нам, растениям, не привыкать, конечно, но это лето отчаянно жаркое…
Вроде и солнца достаточно, да ведь оно уже не согревает, не греет, не освещает, а просто сжигает. Когда в старопрежние времена отчичи стояли плечом к плечу на поле, то друг друга поддерживали, взаимную тень творили. Все полегче было.
Да и ветер. Воздух, свежий воздух, богатый углекислым газом – более чем нужен. И его достаточно, но ведь как дунет, того и гляди сломает. Уж сколько раз гнулся, стараясь выдержать напор ветра, уж и молился, и с жизнью прощался, и завещание хотел написать. Да как напишешь-то? Ни рук, ни ручки, есть листья, да нет листов, есть беда и боль, да нет ни грамоты, ни мозгов. Есть нужда, да нет рецепторов.

8
Вот, уж осень близится.
По дороге ужасные, громадные тяжелые и заполненные машины проносятся, земля дрожит. И что за груз-то? Да мои же дальние родственники, Семечки. Черные, отборные, налитые, блестящие. Лежат себе в кузове, песни поют, ждут встречи с элеватором. Там их почистят, прихорошат, подсушат, отсортируют. Мусор – долой, пустые – в отстойник, а полновесные – в хранилище. Пусть еще немного доспеют.
А наша банда? Так, ни за фук пропали ребята. Те, кого птички съели – еще и счастливцами оказались, хоть кому-то послужили. А я…. Вон, прилетали воробьи, прилетали и синички. Садились, чирикали, весело было. Я обрадовался, воспрянул, думал, угощу их на славу! Все для милых друзей! Пировать так пировать, пропадай моя головушка!
А кому она нужна, забубенная? Лучше бы одна, да толковая, чем мои пять, да никакие. Семечки-то не вызрели. Когда один стоишь, то все силы только на борьбу за самого себя и уходят. Тут уж не про семена думаешь. А про что же? Коль нет семян, то нет и нужды во мне. Выходит, если ты одиночка, если сам по себе, если не в коллективе к общей цели идешь, то никой не граф ты, и даже от графина больше пользы. И не марку создаешь, а на тебе пробу негде ставить. Не зря ведь говорили – «Дружно не грузно, а врозь хоть брось».
Вот я и бросил. Да не проблемы выкинул, а себя из жизни.
Хорошо хоть поведал печаль свою добру молодцу, а как он записал – то мне не ведомо. Положусь на него, другого-то не остается ничего.
Заботьтесь о других, стократ вернется.

Гоша

Гоша – мой ближайший друг. Он всегда рядом, и всегда заботится обо мне. Многие предпочитают в качестве домашнего животного, близкого друга и приятеля иметь котика или кошечку. Но я считаю это бессмысленной затеей. Всем известно, что «кошка гуляет сама по себе», и не она домашнее животное, и это кошачий дом. То есть квартиру она подстраивает под себя. Хорошо, если это сельский дом, и есть мыши и прочие мелкие насекомые. Тогда есть где развернуться инстинкту охотника, и осуществляется недорогая дератизация.
Я же удаляю мышей ультразвуком, и в кошке, которая гадит везде, не нуждаюсь. Поэтому мой ближайший друг – Гоша.
Паучок неизвестной породы.
Как он приблудился, каким ветром его занесло – не знаю. Да и заметил его не сразу. Только смотрю, около окошка начали появляться неживые мухи, аккуратно складированные на подоконник. А вот летать они стали поменьше. Кто же, думаю, на них охотится?
Сделал вид, что я весь такой умный, сижу в интернете, а сам наблюдаю. И как увидел этого ловца мух и комаров, так и понял – Гоша!
Мы с ним подружились. Я мух не люблю, и если поймаю ее, то не жадничаю, даже не надкусываю, а всю ее отдаю Гоше. Чтобы его не травмировать, не из рук в лапы вручаю, а аккуратно на паутину цепляю методом точного броска.
Кстати, про паутину. Соотношение диаметр/прочность у нее выше чем любая сталь. Но я использую паутинку как естественный пылеулавливатель. Если паучка хорошо кормить, то субстанции, из которой получается паутина, у него будет вдоволь. Так что охота на мух будет вечная. Как и сами мухи.
Как размножаются пауки — не знаю. Но периодически Гоша пропадает, а появляется вместо него маленький Гошенька. Несколько мух, и размеры нового сравниваются с эталоном.
Спасибо тебе, Гоша.

Ночь

Приходи же почаще,

Ночь,

Прогони все печали

Прочь,

И малейшей невзгоды

Тень

Не накроет пусть ясный

День.

Днем же груда различных

Дел,

Без помехи от всяких

Тел,

Позитивной да будет

Мысль,

Торжествует пусть здравый

Смысл,

И удачный свершится

План,

Интеллект ведь не зря же

Дан.

Вот и снова приходит

Ночь,

Дня успешного дочка,

Дочь,

Приходи же скорее,

Сон,

Изгони все печали

Вон.

Чем пахнут сезоны. Осень

Осень – это увядание. Собирают урожаи, и поля с огородами активно пустеют. Все, что не собрал человек – срывает ветер. Все меньше зеленого цвета, все больше алого, золотого… и серого.
Но осень – это не только буйство красок, но и буйство запаха. Чем же пахнет осень?
Она пахнет прелым.
Весной расцветают цветы, и их аромат чарует.
Летом скошенная трава пьянит волшебными запахами.
Осенью все эти накопленные благовония возвращаются. Растения готовятся к холодам, и начинают укладываться спать. Некоторые сначала надевают разноцветные пижамки, некоторые просто все сбрасывают.
Постепенно воздух становится холодным, ветер свирепым. Трава словно ищет защиты у земли, пригибается, прячется. Ветви качаются, пытаясь согреться. Но бессильны перед морозами, буранами, снегами.
И только запах осени сильнее непогоды.

Домашняя всемирная сеть

Если снять с потолка и стен паутину, то помещение неизъяснимо преображается. Вроде бы все вещи на своих местах, но вид совершенно иной... Хочется отойти назад на два шага, сложить с выражением неизъяснимого довольства ручки на пузе, и с умилением патриархально склонить голову к плечу, любуясь результатом.
Но тут и вступает в действие особое свойство паутины.
Чем больше ее снимаешь, тем лучше видны ее остатки. 
Меняешь выражение лица с умильное на легкое остервенение и начинаешь повторно орудовать пылесосом. Естественно, это довольно утомительное занятие, и когда выясняется что его, пылесос, лучше поставить на пол, но включить, чтобы он слегка свистел-выл, то дело пойдет много лучше, легче и эффективнее.
Но наступает следующий этап, обнаруживаются более мелкие паутинки, а на полу пыль и прочий мусор. Лицо принимает вид профессионального озлобления. То есть паутина сама расширяет сферу деятельности. Пол не остается в долгу, и указывает что тут надо помыть, тут протереть, там покрасить, а здесь прибить. А эту гадость давно нужно было выкинуть, и как хорошо что никто этого не видел, а то бы я со стыда сгорел.
Ясное дело, что попытки исправить вызывают в геометрической прогрессии новые необходимости такого же плана. Их количество растет столь стремительно, что вынуждает меня отвлечься от процесса гармонизации жилища, и систематизировать выявленные недочеты. Для этого нужно освоить цифровые технологии, скачать программы, купить учебники по пользованию этими программами, произвести апгрейд железа, сменить софт, начать ваять распределенную базу данных, завязнуть в тестировании.....
За новым слоем паутины потолка уже не видно....

Ночь

Ночь – лучшее время суток. Все закончилось. Деловая беготня, бытовые хлопоты, тяжкий труд, достижения и крушение надежд. Можно смыть макияж, положить челюсть в стакан с водой и переодеться. Домашняя Ночь – это время не дресс-кода, а удобства и комфорта.

Ночь – это время побыть самим собой и с самим собой. Ночь – это время, когда подводят итоги дня и строят планы на завтра, на неделю, на жизнь. Негромкая музыка расслабляет, а неяркий свет убаюкивает. Сидеть в покойном кресле перед тихим телевизором и дремать – это Ночью. Особенно если на улице непогода – дождь, снег, ветер. Тогда не нужен и телевизор. Изгибы льющейся по стеклу воды создают свой фантастический мир, пишут картинками всю историю Земли, и прошлую, и будущую. Нужно только уметь прочитать знаки, услышать непроизнесенные звуки и понять музыку самой жизни.

Ночь придумали специально, чтобы можно было посидеть в тепле. Не важно, твой ли дом, или номер в гостинице, или в гостях хозяева задержали так поздно. Главное – что сегодня ты жив, тебе тепло и уютно.

Одно плохо в ночи – она заканчивается. А так хочется, чтобы наслаждение было бесконечным!

Но снова нужно возвращаться ко дню, к обязанностям. Давать людям то, что они ждут от тебя, и брать то, на что ты имеешь право. Бороться за себя.

Но именно этот переход из сна в явь, от неги к борьбе и сотворил из неандертальца Человека. Дневной труд вознаграждаем ночным отдыхом. Не бывает одного без другого. И не может быть Ночь сутками напролет – человек лишится радости Вечера. Вся жизнь построена вокруг Ночи. Утро – ее завершение, День – антипод, Вечер – преддверие.

А вечером – спокойной вам Ночи.

Вот не зря я переоделся

Это перед тем, как идти за речечку собирать дрова. Иногда ветер шалит, и роняет конкретные деревья. А теперь у меня есть электропила, и процесс расчленения древесины вызывает легкое наслаждение.
Но в любом случае это труд. Нужно быть внимательным, и прежде всего – к самому себе. Ибо главные опасности исходят от меня же. Например, я слишком экономлю силы, и ноги от земли почти не отрываю. Так ходить легче. И приключений больше.
Вот и на этот раз безотрывное передвижение я не поддержал тщательным рассматриванием поверхности Земли. (Просто земли мне мало). В результате запнулся о пенек и грохнулся.
Дальнейшее действо шло в нескольких параллельных измерениях.
Первое – все в реале произошло очень быстро. Р-раз, и я боком причалил к берегу, большей частью моего тела оставаясь на суше (если про это можно сказать суша. А вот для фестиваля Du Cochon – изумительное, подходящее место).
Второе – реальное опасение наскочить с размаху на пенек. Довольно часто шалят электрики, спиливая всякую мелкую поросль под линией ЛЭП. Поэтому из земли торчит, но глаз не видит. Эти чахлые огрызки несформированных деревьев вполне могут перфорировать человека.
Третье – попытка затормозить свое стремительное вознесение вниз к урезу воды. И взяться-то не за что. Попытка растопырить локти не очень удачна. И локтей маловато, и в суматохе не сразу вспомнил, куда их топырить надо, и хватит ли одного раза.
Пятое – радость от безопасного падения. А то, что жители окрестных сел, районов и областей ощутили заметное сотрясение Земли, но не установили причину, так это не мое дело.
Короче говоря, маленькое пикантное полуспортивное приключение завершилось. Я выкарабкался из грязи, взобрался на ближайшую твердь и пошел домой.
И таки не зря я переоделся до того. Жаль только, не увидел, как кубарем катаются. Хотя и участвовал.